Мои обе бабули жили мирно и дружно, были подругами, пока на свет не появились внуки

Мои обе бабули жили в одном селе. Жили мирно, в молодости даже были закадычными подругами. Наверно именно поэтому решили и породниться — младшую дочь бабушки Тани сосватали за старшего сына бабушки Анисии. Молодые были только «за».

Загрузка...

Их мир перешел в обоюдный террор любовью, когда на свет появились мы, их внуки. И даже не в момент нашего появления на свет, а тогда, когда нас привозили «на деревню бабушкам» на всё лето.

Мы их звали Бабанися и Бабтаня, за глаза, конечно. Чтобы как-то отличать в разговоре одну от другой. А в глаза — бабушка, бабуля, бабулечка и ба-а-аб, если та куда-то девалась. ))

Привозили нас всегда сначала к Бабанисе — папиной маме.

По воскресеньям нам жарят картошку и макароны с яйцами. «Шти» разрешается не есть… И обязательно пироги — это праздничная еда, но внуки для обеих бабушек это и есть праздник. Ложки на столе у обеих бабушек деревянные. Металические прячутся «до особого случАя».

…Так живем мы до воскресенья. В воскресенье происходит «ротация» бабушек. Бабтаня появляется около дома Бабаниси после вечерней дойки. Но в дом не заходит, а начинает взывать под окнами,

— Аниська!.. Мнуков собира-ай!.. Моя очередь чичас!

Поорав «для порядку» под окнами, Бабтаня садилась на скамейку около крыльца, ожидая «мнуков». Мнуки выходили с узелками, в которых хранились наши простенькие пожитки.

И происходила душераздирающая сцена прощания. Хлюпая носами, мы обнимались с двоюродными. Хотя завтра мы вместе с ними же и играли на улице.

Бабанися рыдала в голос, как будто провожала нас на войну. «Война» находилась в двухстах, примерно, метрах от ее дома — только перейти огородами на другую улицу.

Бабтаня в прощании дипломатично не участвовала и стояла возле телеги, с запряженный в нее Ночкой. Ночка, пожилая уже кобыла, досталась Бабтане в качестве колхозной премии за какие-то фантастические надои молока.

Бабтаня ужасно форсила Ночкой. Как-никак, собственный транспорт!

Мы, дети, любили Ночку — скоблили и чистили ее так, что нас приходилось гонять от нее.

…И вот эта Ночка везла нас от Бабаниси на «войну». Чтобы через неделю, под рыдания уже Бабтани, вернуть нас со второй «войны» на первую.

Ритуал повторялся до мелочей, только бабушки менялись ролями. Тем более, что у Бабтани летом гостили еще одни наши двоюродные — две дочки маминого старшего брата. Так что, сценарий был один и тот же.

Нам, главным героям этой драмы, полагалось проникнуться печалью момента и участвовать в общей скорби. Если кто-то из нас начинал хихикать, бабуля, не прерывая рыданий, отвешивала ему подзатыльник.

И это все при том, что независимо от места ночевки, мы по несколько раз за день забегали к обеим бабушкам. Да и бабули часто шастали к друг другу в гости — «цаю с баранками» похлебать у самовара и «тыквишные» семАчки полузгать.

Но, ритуал есть ритуал — и его строго блюли обе соперничающие стороны. ))

Так и кочевали мы каждую неделю от одной любящей Души к другой, совершая круговорот Любви в природе…

***
…Давно уже нет на свете наших бабулечек… У нас, у всех троих, уже свои «мнуки»…

Но, как же хочется порой вернуться за тот некрашенный, скобленный стол, на котором стоит картошка с «цацками»…

© Лидия Лёсина-Киян

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Мои обе бабули жили мирно и дружно, были подругами, пока на свет не появились внуки